«Бременские музыканты по-ейски»: на нужды духового оркестра было выделено пять миллионов, а мелодия получилась грустная

В Ейске духовой оркестр оказался в центре конфликта: музыкантам, по их словам, обещали работу и зарплату, но в итоге инструменты и нотные материалы приходится покупать за свой счет. Глава района Роман Бублик заявляет о пяти миллионах рублей на оркестр, а в документах фигурирует субсидия в 2,125 млн только на зарплаты. «Резонанс» разобрался, почему вокруг коллектива возникли вопросы и что известно о деньгах.

У этой истории почти музыкальный сюжет: оркестр собирали, музыкантам обещали работу, обсуждали финансирование. Но вместо уверенного выхода на сцену коллектив, по словам его руководителя Светланы Лекаревой, столкнулся с нехваткой людей, низкими выплатами и организационной неразберихой.

История началась весной 2024 года, когда Лекарева предложила создать в Ейске духовой оркестр. Вопрос обсуждали с представителями краевого министерства культуры и главой района Романом Бубликом. Согласно хронологической справке в январе 2025 года власти рассматривали возможность разместить коллектив при Межпоселенческом культурно-досуговом центре и оформить его как клубное формирование.

По словам Лекаревой, музыкантам обещали полноценную занятость и зарплату около 38 тысяч рублей. Некоторые ради этой работы ушли с прежних мест. Однако, как утверждает руководитель коллектива Лекарева, ожидания не оправдались.

«Люди хотят работать, но за такую зарплату никто не идет», – вторит ей музыкант Николай Кудряшов.

Оркестр собрали, а людей не хватило

В апреле 2025 года для коллектива предусмотрели шесть штатных единиц – по половине ставки на каждого из 12 музыкантов. Но трудовые договоры, согласно хронологической справке, полученной «Резонансом», заключили только с девятью исполнителями. Еще троим отказали в приеме на работу.

Лекарева считает, что отказы не получили достаточного обоснования. В справке также говорится, что среди тех, кому не предложили работу, были действующие военнослужащие. Это позиция автора документа, но оценить законность кадровых решений можно только после изучения трудовых документов и объяснений работодателя.

Однако недостаток исполнителей сказался на работе коллектива. По словам музыкантов, им приходится приглашать недостающих участников… за собственный счет. С инструментами тоже непросто: старые приходится ремонтировать, а, например, на нотные материалы - доплачивать из своего кармана.

Отдельные претензии касаются помещения для репетиций. Участники оркестра утверждают, что там плохо освещено, душно, а в холодное время появляется сырость и плесень.

Получается парадокс: коллектив создавали, чтобы он играл, но, по словам его участников, ему не хватает базовых условий для нормальной работы.

Пять миллионов на словах и 2,125 млн в документах

Самый острый вопрос – деньги.

Во время встречи с Романом Бубликом Лекарева заявила, что оркестру обещали пять миллионов рублей. Музыканты хотят понять, сколько из этой суммы предназначалось непосредственно для них и на что были потрачены средства.

В разговоре с главой района упоминались расходы на антитеррористические мероприятия, агитационные бригады, ремонт зала и установку ворот. Бублик заявил, что финансирование выделили учреждению в виде субсидии и договоренности со стороны властей были выполнены. По его словам, муниципалитету приходится распределять ограниченные средства между разными задачами.

В хронологической справке указана другая конкретная сумма: 2,125 млн рублей целевой субсидии, выделенной в 2025 году на деятельность оркестра, в том числе на зарплаты музыкантов. Основанием назван документ председателя Совета Ейского района от 30 июня 2025 года.

Пять миллионов и 2,125 млн рублей – разные суммы, и по имеющимся сведениям нельзя уверенно утверждать, что речь идет об одном и том же финансировании. Чтобы понять, как они соотносятся, нужны документы о выделении денег и отчетность учреждения.

Но в справке есть и данные о фактических выплатах. За период с апреля по декабрь 2025 года Светлана Лекарева, согласно документу, получила 126,3 тыс. рублей, Николай Кудряшов – 127,6 тыс., Сергей Воронцов – 104,5 тыс. рублей. Другим музыкантам, перечисленным в справке, выплатили от 126 тыс. до 131,3 тыс. рублей. Для двух участников указаны более короткие периоды работы и меньшие суммы.

Всего выплаты восьми музыкантам за указанный период составили около 1 млн рублей после вычета НДФЛ.

Автор справки сравнивает эту сумму с расчетом предполагаемых выплат за девять месяцев. Если исходить из шести ставок и зарплаты 54 521 рубль за полную ставку, то общая сумма должна была составить около 2,944 млн рублей.

Между одним и тремя миллионами - разница заметная. Однако это пока сравнение фактических выплат с расчетом, а не доказательство пропажи денег. Для выводов необходимо учитывать реальные периоды работы, нагрузку сотрудников, начисления до удержания налогов и условия предоставления субсидии.

Есть в справке и еще одна претензия: по утверждению ее автора, за счет работодателя оркестру не покупали костюмы, инструменты, пюпитры, нотную литературу и канцелярию. Если это так, музыкантам приходится обеспечивать часть работы за свой счет – при том, что коллектив создавался при муниципальном учреждении.

Именно здесь возникает главный вопрос: что конкретно входило в финансирование оркестра и какие расходы учреждение действительно понесло? Без финансовых документов ответить на него нельзя.

Коллектив есть, а где он в структуре?

Деньгами спор не ограничивается. Лекарева считает, что оркестру нужен самостоятельный муниципальный статус. Сейчас он работает как клубное формирование при Межпоселенческом культурно-досуговом центре.

Само по себе такое устройство не означает, что у коллектива обязательно должно быть отдельное юридическое лицо или собственный счет. Но музыканты хотят понимать, кто отвечает за их работу, прием новых исполнителей, репетиции и обеспечение инструментами.

В распоряжении редакции оказалась схема структуры центра от 5 мая 2025 года. Духовой оркестр в ней отдельно не указан. Лекарева считает это признаком того, что организационные вопросы так и не были решены.

При этом отсутствие коллектива в схеме само по себе не доказывает, что музыкантов не оформили в штат. Для проверки нужны приказы о создании оркестра, положение о клубном формировании, штатное расписание и трудовые договоры.

В справке также указано, что рекомендованная численность такого коллектива составляет от 16 до 25 человек. При этом к трудоустройству предложили 12 исполнителей, а договоры, как мы писали выше, заключили с девятью. При таком составе нехватка музыкантов становится не случайной неприятностью, а системной проблемой.

От обращений – к вопросу о проверке

Лекарева пыталась добиться решения вопросов с трудоустройством, зарплатами и организацией работы. В справке перечислены обращения в разные инстанции, в том числе письма администрации Ейского района депутату Госдумы Н. А. Долуде от 26 ноября 2025 года и Управления президента России по работе с обращениями граждан и организаций от 15 октября 2025 года.

В письме от 14 октября 2026 года Долуда рекомендовал Лекаревой обратиться в Ейскую межрайонную прокуратуру, если она считает, что при расходовании бюджетных средств были нарушения.

Это не означает, что нарушения уже установлены. Но прокуратура может проверить обстоятельства, изложенные в обращениях: на каких условиях выделялись средства, сколько начислили и выплатили музыкантам, а также какие покупки и работы проводились для нужд коллектива.

Пока же многие претензии остаются заявлениями одной из сторон. Чтобы отделить спор о работе оркестра от возможных финансовых нарушений, необходимо сопоставить документы учреждения, условия субсидии и фактические расходы.

Кто сыграет следующий концерт?

Есть и вопрос ближайшего будущего. По словам Лекаревой, во время встречи с главой района обсуждалось, что действующие договоры заканчиваются 31 декабря, а дальнейшее трудоустройство остается нерешенным.

Руководитель оркестра также утверждает, что коллективу не всегда дают возможность выступать, несмотря на подготовленные программы. Бублик, со своей стороны, поставил вопрос о количестве концертов и результатах работы музыкантов.

Глава района пообещал сохранить финансирование в размере пяти миллионов рублей на следующий год. Но для коллектива важны не только обещанная сумма и будущий бюджет. Нужны понятные условия работы, достаточное число исполнителей, прозрачная система оплаты и инструменты, на которых можно играть.

История ейского оркестра пока звучит как спор, в котором у каждой стороны своя партитура. Музыканты говорят о невыполненных обещаниях и нехватке самого необходимого. За последние несколько лет уже сорвалось несколько выступлений. Сейчас, например, нужно готовиться к предстоящему большому новогоднему концерту, к выступлению перед детьми-инвалидами, а головы оркестрантов забиты другими вопросами, главный из которых: «Как выжить?» Вместе с тем оркестр уже выступал в госпитале для раненых перед участниками СВО и даже собирал ребятам гуманитарную помощь. А сколько таких полезных концертов могло быть еще?

Сейчас все уперлось в то, что глава Ейского района утверждает, что «финансирование выделялось», а «договоренности были выполнены».

На взгляд редакции «Резонанса», попавшие к нам документы пусть и не доказывают незаконного расходования средств немаленьких денежных сумм, но требуют дополнительного объяснения со стороны органов власти.

Пять миллионов рублей, субсидия на зарплаты, неполный состав и инструменты, которые музыкантам приходится чинить самим, чтобы оркестр заиграл в полную силу. Ейску предстоит разобраться не только с деньгами, но и с тем, кто и за что отвечает. Иначе главный вопрос так и останется без ответа: кто обеспечит музыкантам условия, чтобы они могли просто заниматься своим делом – играть?